Реклама
Александр Моор: «Я не боюсь токсичных тем, связанных с дольщиками»
337

 

Александр Михайлович Моор — общественный деятель, политик и профессиональный строитель рассказал порталу «СтройМедиа» о возможностях решения вопроса обманутых дольщиков, перспективах развития современной сферы строительства и о своем занятии для души.

— Александр, какой проект для вас самый приоритетный на сегодняшний день? Это общественная работа, выборы в Госдуму или частная деятельность?

— Частная деятельность для меня точно не основная. Выборы в Госдуму — это все-таки больше возможность получения дополнительных полномочий, необходимых для общественной работы. Я считаю общественную работу наиболее значимой, она нацелена на конкретного человека, на улучшение жизненных условий и на решение конкретных задач. Политика и Государственная Дума — вспомогательные.

— В своей общественно-политической деятельности вы очень часто касаетесь темы обманутых дольщиков. Насколько сильно в нашей стране эта тема актуальна на сегодняшний день?

— Она продолжает быть актуальной, потому что еще не все объекты обманутых дольщиков достроены. Есть объекты, которые невозможно достроить. И по ним нужно принимать отдельные решения. Помимо статуса обманутых дольщиков, признанных по 214-му ФЗ, есть еще другие категории. Например, жилищные строительные кооперативы, которые не все попали под возможности оказания государством помощи. У нас есть огромное количество проблем по объектам самовольного строительства, которых мы насчитали сегодня не менее 20 тысяч. По стране около 10 миллионов квадратных метров жилья, в которых живут люди, несмотря на решение суда о сносе. Там и юридические проблемы, и технические, и многие другие. Если эти объекты снести, люди могут просто остаться на улице. Они не попадают под категорию обманутых дольщиков, не имеют жилищно-строительного кооператива и законом на сегодняшний момент никак не защищены. Поэтому тема остается очень острой. И пока не будут найдены решения по всем категориям, и закон не будет отрегулирован так, чтобы больше не появлялись такие проблемы, я считаю нужным уделять этому очень серьезное внимание, как со стороны общественной деятельности, так и со стороны государственного блока.

— А как вы считаете, какие действия нужно предпринять на сегодняшний день, чтобы сдвинуть проблему с мертвой точки и решить ее? И реально ли вообще решить ее полностью?

— В целом, конечно, реально. Мы понимаем точно, какие шаги необходимо делать. Но еще раз говорю, здесь же разные категории. Если касаться 214-го федерального закона, то тут законодательством уже всё отрегулировано: система эскроу-счетов и многие другие вещи позволяют эту ситуацию устранить. Теперь в этой части люди защищены, но надо достраивать сами объекты. И, вы понимаете, что эти проблемы — самострои и ЖСК, и вопросы по 214 ФЗ копились около 15 лет, решить их за год-два физически невозможно. Тысячи объектов просто нельзя достроить одновременно, на это уйдет несколько лет. Я думаю, Государственной Думе понадобится еще, как минимум, один созыв для того, чтобы полностью отрегулировать законодательство во всех его частях. Здесь необходима очень большая экспертная работа по созданию условий, которые не позволят появиться подобной ситуации в будущем.

— Должны ли региональные власти быть вовлечены в решение проблем обманутых дольщиков? И насколько на сегодняшний день справляются регионы и региональные власти?

— Они не просто должны быть вовлечены, они должны быть инициатором этого решения. Это их территории, это люди, живущие на их территории, и они за них несут непосредственную ответственность. Вы знаете, у нас сегодня многие регионы очень ответственно подходят к решению этой задачи. Очень многие. И они постоянно на контакте — главы субъектов Российской Федерации, заместители, министры. То есть люди нацелены на решение вопроса, они пользуются тем законодательством, которое есть, общаются с фондами, которые созданы, ищут вопросы, ищут решение вопроса и решают их. Они слышат людей. Это очень важно. Но, к сожалению, это не во всех регионах. Есть территории, которые пока еще не занимают такую активную, я бы сказал, позицию. Она там деструктивная. Но я думаю, что все-таки в каком-то периоде времени это дойдет до всех.
Регионы же, которые стараются качественно решить подобные проблемы, всегда получают обратную связь и необходимую информацию – заместитель председателя правительства Марат Шакирзянович Хуснуллин, курирующий это направление, очень серьезно и внимательно к этому относится. Он держит руку на пульсе. Во многих регионах уже есть очень серьезный сдвиг и местным властям. Еще раз повторю, можно сказать только слова благодарности за то, что они заняли очень конструктивную в этой части позицию.

— В каких регионах на сегодняшний день ведется, как вы говорите, планомерная работы, а какие субъекты в списке аутсайдеров?

— Например, Центральный федеральный округ, Москва, область — занимают серьезную позицию. Но понятно, Москва, Московская область являются законодательными. Здесь, конечно, эти вопросы решаются в первую очередь, и на них смотрят уже регионы. Это если говорить о лидерах. Если говорить о проблемах, где очень сложно все, это, конечно, Краснодарский край. Это абсолютная противоположность, потому что если в части 214 ФЗ там еще хоть что-то пытаются делать, то вопрос с самостроями или вопрос с ЖСК категорически не решается. По самостроям вообще позиция только одна – все снести, никто не пытается разбираться. В Московской области, например, коллеги смотрят сначала, можно ли объект сохранить, если он такой есть уже, и можно ли его ввести в налогообложение, создать рабочие места. Если он безопасен для проживания, то рассматривается возможность сначала его, как минимум, легализовать. Чего о Краснодарском крае, конечно, не скажешь.

— Если вы изберетесь в новый созыв Госдумы, будет тема дольщиков основным лейтмотивом вашей работы?

— Моя жизнь связана со строительством. Я не могу сам себя оценивать, но тем не менее считаю, что в этой сфере я являюсь на каком-то уровне экспертом. Поэтому, конечно, моя работа будет очень серьезно нацелена на решение этих сложных задач. Многие коллеги прошлого созыва не брались за эту работу. Мы с ними на контакте, они считают это токсичной темой, очень проблемной, там нужно глубоко разбираться и так далее. Я не боюсь токсичных тем, связанных с дольщиками. Я прекрасно понимаю, что если ими не заниматься, они будут потом приводить к катастрофам. Поэтому основной упор работы я планирую сделать на решение этих сложных задач. Но и в целом необходимо развивать строительную отрасль, цифровизировать, создавать прозрачные инструменты, не позволяющие развиваться в этой части коррупции — коррупционная составляющая в строительной отрасли еще очень велика. Если этими вопросами серьезно заниматься, то это позволит эффективно решать задачи и выводить отрасль на новый уровень. Мы сможем быстрее и качественнее обеспечивать людей жильем и переселять их из ветхих аварийных домов, создавать комфортную городскую среду и создавать достойные условия для жизни нашим гражданам.
Все, что связано с этим, я считаю своей однозначной обязанностью.

— Мы сейчас говорим о действиях со стороны власти. А, по вашему мнению, самим дольщикам что стоит делать, какие действия предпринимать? И насколько верна стратегия, которая избирается в некоторых регионах по выходу с пикетами к администрациям с требованием решить их проблему?

— Вы знаете, надо сразу разделить таких дольщиков на две категории. Есть дольщики добросовестные, которые действительно попали в эту ситуацию, которые просто хотят решения вопроса. Они не являются опасными, они не пытаются создавать угрозу своими действиями каким-то другим гражданам и так далее. Люди боятся остаться на улице и они стараются выразить свою позицию. И если власть это понимает, то она с ними идет на контакт. Как минимум с людьми нужно разговаривать и объяснять, что делается, что планируется сделать, что сделать нельзя, такое тоже возможно и так далее. Есть категория дольщиков, которых мы называем псевдодольщики. Это люди, которые на этой ситуации зарабатывают. Зарабатывают разными путями — это и политический, оппозиционный какой-то мотив, это и деньги. Например, юристы перекупают у дольщиков права и пытаются вымогать с застройщиков дополнительные средства, проценты, какие-то штрафы и так далее, есть еще, к сожалению, такая категория. Если людям, действительно попавшим в сложную ситуацию по части долевого строительства грамотно разъяснить порядок действий и рассказать о предпринимаемых мерах, быть с ними на контакте, никто никуда выходить не будет, потому что они увидят, что их слышат. Понятно, что с людьми тяжело общаться в этой части, потому что все на взводе, эмоциональны. Но это наши граждане Российской Федерации, которые требуют внимания. И мы должны это внимание им дать. Это очень важный момент.

— Уйдем от частного к общему. Оцените, пожалуйста, по 10-балльной шкале уровень развития строительной сферы в начале вашей карьеры и на сегодняшний день.

— Очень сложно оценить, но я попробую. Вначале это, наверное, двоечка. Сегодня это уже где-то семерочка. Но понимаете, нельзя сказать, что это конкретно от чего-то или от кого-то зависит. Это эволюция нашего общества. Наша страна развивается, и устаревают старые правила, меняется конъюнктура рынка, меняются цели и задачи, меняется смысл и количество необходимого строительства жилья. Например, в советском периоде строилось очень много. Сейчас это жилье очень сильно ветшает, и нам нужно находить решения, которые бы позволили очень оперативно это жилье заменять. Это новые вызовы, которым нужно отвечать. Сейчас мир очень серьезно развивается. Прогресс, конечно, есть, но нельзя здесь ставить каких-то высоких баллов. Потолка развития в нашей отрасли нет. И каждый день, отвечая на какие-то старые вопросы, у нас открываются новые вызовы, которые нужно принимать. Политика — это держание руки на пульсе и, каждый день сталкиваясь с новыми задачами, нужно находить на них качественные решения, которые позволили бы развиваться нашему обществу и соответственно развивать отрасль как один из локомотивов развития всей экономики Российской Федерации.

— Как вы считаете, на сегодняшний день что, прежде всего, стоит изменить в системе современного российского строительства?

— У нас сегодня нужно больше все-таки отдавать внимания цифровизации, потому что она позволит сделать систему прозрачной. Коррупционная составляющая, долгоиграющие темы согласования и так далее. Понятно, что в Москве эти процессы идут гораздо быстрее и созданы инструменты, но где-то в регионах люди еще далеки от этого. Приходится много времени ходить, получать разрешения на сдачу объекта, ввода, подключение к сетям. Это все не централизованная работа на сегодняшний момент. Вот основная задача, для того чтобы отрасль сделала широкий шаг вперед — все это сделать централизовано, все это сделать в системе одного окна. Нужно цифровизировать и инфраструктурные объекты городов, коммуникаций и так далее. Чтобы можно было при проектировании уже понимать, где какие ветки находятся, и заранее их обходить. То есть это все упрощение работы. Но на это нужно время, потому что все эти отдельные звенья нужно собрать в одну цепь. И когда мы добьемся получения всех документооборотов в цифровом варианте, мы максимально сократим человеческий фактор.

А человеческий фактор приводит к коррупционным рискам. Поэтому нужно еще очень много работать. Это первое. Второе — это кадры. У нас огромная потребность в кадрах на строительных площадках. Сегодня о нашей отрасли, к сожалению, говорят, что, она потеряла свое лицо. Каким образом? Вот, например, ситуация, мы с вами обсуждали, с обманутыми дольщиками. Когда начало меняться законодательство, когда были определенного рода кризисы, когда мелкие банки перестали финансировать застройщиков, начали появляться дополнительные обманутые дольщики, застройщиков начали сажать в тюрьму. А ведь многие из этих застройщиков являются заслуженными еще с советского периода. И они строили целые города, целые районы, целые инфраструктурные объекты. И много-много вот таких ситуаций, то есть сегодня обнулилась история достоинства строительной отрасли из-за трагических событий, связанных с дольщиками. Поэтому стоит задача, вернуть лицо строительной отрасли, создать достойные условия работы, чтобы эта профессия была востребована.

Мы все прекрасно знаем, что сегодня военные — это опять звучит гордо. А был период, когда были сложности с этим. Сегодня наше Министерство обороны создало все необходимое для этого: информационное поле, инфраструктуру, качество. Вот мы должны идти по такому же пути. Нужно вернуть достоинство нашей строительной отрасли и создать необходимые условия, чтобы появлялись достойные кадры. Потому что сегодня с этим у нас очень большая проблема. И мы эту задачу уже начали решать. Мы сегодня реализуем всероссийский конкурс, который называется «Лидеры строительной отрасли». Моя организация является его инициатором, в планах сделать его ежегодным. Это конкурс не профессионального мастерства, не среди студентов, а именно среди управленцев, строителей, тех, кто способен решать серьезные задачи.

Сегодня принят закон, связанный с комплексным развитием территорий, который позволяет очень серьезно сдвинуться вперед, создать новые условия для развития экономики в области строительства, создать комфортную городскую среду в городах. И вот наш конкурс нацелен на то, чтобы выявить лучших специалистов, которые могли бы в этой части работать. Мы из 10 тысяч отобрали 225 полуфиналистов. В финал выйдет 100 человек. Это все большая серьезная работа, которая запланирована, конечно, не на один год. Но ее нужно делать, очень важно ее делать. И вот эти маленькие ступенечки, маленькие шаги все-таки потихоньку нас ведут к поставленной цели.

— Раз уж мы говорим о кадрах. Нуждается ли отрасль, так скажем, в свежей крови, то есть в молодежи? И каковы на сегодняшний день перспективы молодежи в строительной отрасли?

— Сегодня молодежь востребована, прежде всего, своим взглядом. Потому что архитектурный облик, новые проекты, их внешний вид, наполнение, экологичность во многом зависят от современного взгляда на существующие технологии. Сегодня очень много талантливых молодых специалистов, ребят, которые учатся в вузах, их заканчивают. И у них есть все шансы. И на самом деле, они пользуются очень большой популярностью. Многие крупные строительные компании полного цикла испытывают серьезную потребность в талантливых специалистах. И они взаимодействуют с вузами и если появляется вот такой самородок, чтобы его можно было потом взять в команду. То есть у талантливого специалиста есть сегодня все возможности выйти на рынок и быть востребованным, получать достойную заработную плату. Но только базовое образование дает технические знания, есть необходимость раскрыть ребят еще и в области психологии, управления и так далее, нужно проводить дополнительные курсы, семинары, давать возможность. Как раз наш конкурс на это и нацелен. Мы в рамках этих мероприятий проводим серьезные обучающие программы. У нас ДОМ.РФ делает программу, Главгосэкспертиза, другие коллеги. То есть мы даем как раз то самое понимание, куда двигаться.

— Последний вопрос скорее личный, нежели связанный с вашей деятельностью. У вас на сайте можно увидеть песни собственного сочинения и исполнения. Как появилось это хобби? Что оно вам дает? И, есть ли вероятность, что вы смените политическую деятельность на большую сцену?

— Вы знаете, наверное, уже не получится уйти большую сцену. Да и такой задачи не стоит, все-таки я свою жизнь связал с политикой, это мое и я чувствую, что у меня есть в этой части потенциал. Судя по тому, что мы делаем и по тому, что уже сделано, я понимаю, что есть все возможности внести свой небольшой вклад в решение многих задач, стоящих перед нашим обществом в нашей стране. Поэтому все-таки это направление для меня является основным. Я свою жизнь вижу в нем. Что касается творчества, оно в моей жизни было всегда: в душе, в сердце. В юношестве у нас был ансамбль, мы писали музыку, пели. Гораздо комфортнее, приятней выражать свои мысли в стихах, в песнях. Это песни не для массового распространения. Они, что называется, не формат, мои песни про душу, про какие-то ценности, семейные в том числе. Я стараюсь в этом направлении думать. Это просто хобби, которое мне приносит удовольствие. Я считаю, что если что-то есть в сердце, какой-то огонечек у человека, то его нужно обязательно использовать, чтобы потом не пожалеть. И вот когда появляется время, я стараюсь этим заниматься. Но последнее время, к сожалению, его все меньше и меньше.

Анастасия Вербина